Страшилка

Он пнув дверь ворвался в дом. Путь преградила Исповедница, не понимая кто этот незнакомец. Блеснул острый нож и старуха, молча упала на землю с глухим звуком.
- Сгинь, старая лесбиянка! - прошипел он, продолжая распахивать двери и круша все на своем пути.

Осталась последняя дверь. Он был настроен решительно - теперь ничего смогло его остановить. И он был прав - Виолета именно там затаилась. Она забилась в угол, прикрыв голову руками. Но он с яростью нанёс сокрушительный удар ногой, так что она потеряла сознание мгновенно, прежде чем её мозг успел отправить сигнал боли, тьма поглотила её, как бездонная пропасть. Когда она очнулась, мир приветствовал её новым, ещё более изощрённым кошмаром.

Дом достался нам по наследству от троюродной бабки, которую никто не помнил в лицо. Первое, что бросилось в глаза — зеркала. Они висели в каждой комнате: треснутые, рассыпающиеся, покрытые паутиной разводов. В гостиной здоровое полотно было разбито аккуратно, словно кто-то выстрелил в центр из дробовика.
— Странно, — сказала жена, проводя пальцем по одному из осколков. — Они такие... холодные.
Ночью я проснулся от шёпота. Он доносился из коридора. Я вышел и увидел в осколке разбитого настенного зеркала собственное лицо. Только оно улыбалось. Я не улыбался.
— Мы хотим договориться, — сказало отражение. Его голос был моим, но глубже. — Ты дашь мне одну твою ночь. Любую. А я дам тебе выспаться до рассвета.
Я психанул, набросил на зеркало куртку и ушёл. Но утром дочь сказала, что видела в спальне «вторую маму», которая обещала купить ей щенка, если та отдаст свой страх перед темнотой.

«Петлей» называют дом, который уже тридцать лет пустует, его строил жених... Парень пошел в армию, но его невестка дожидаться два года не захотела, вышла замуж за его друга... Повесился он в этом доме.

Сыграем в прятки в заброшке?

— Ребят! Айда в «петлю» сходим?
— О, айдаа!
«Петлей» называют дом, который уже тридцать лет пустует, его строил жених, как полагается в деревне, там «дом построить, дерево посадить да сына родить» всегда в силе.

Рамиль пошел в армию, но его невестка дожидаться два года не захотела, вышла замуж за его друга. Парню никто не говорил, не написал, раньше была дедовщина, боялись за него, скиснет парень, ошибки начнет допускать, его быстро из строя выведут «деды».

Тогда.

Когда Гектор впервые увидел Эшли, мир вокруг него словно замер, растворившись в туманной дымке. Его взгляд, острый и хищный, впился в неё, не в силах оторваться, если бы она была единственным источником света в кромешной тьме.

«Должен признать, что в этом новом образе она чертовски красива» — Промелькнуло в голове Ника, как молния, пронзившая его сознание. Он смотрел на свою супругу, искусно замаскированную под студентку, и не мог не восхищаться её силой духа, несгибаемой стойкостью, с которой она входила в самое пекло их опасной игры. Но в то же время его охватило жгучее раздражение, почти гнев, от того, как Гектор, этот наглый юнец, завёл с ней диалог, не отводя от неё глаз, столь пристально, почти бесстыдно рассматривая её прямо на его занятии. И это в первый же день? Только начав вести пару? Это было возмутительно.

Агент склонила голову, раскрыв рот, тяжело дыша. Каждый вдох был мучительным, воздух обжигал лёгкие, а выдох вырывался из груди хриплым стоном. Волоски, выбившиеся из некогда аккуратной причёски, спадали на лицо, прилипая к влажной коже. Тушь, размазанная по щекам, стекала, образуя багровые тени под глазами, придавая лицу болезненный, почти гротескный вид. Взгляд девушки был расфокусирован, веки полузакрыты, как если бы она боролась с невидимой тяжестью, тянущей их вниз. Мир вокруг неё плыл, превращаясь в размытые пятна и неясные силуэты.

— Моя жена и дети проводят неделю у её матери. — Непринуждённо, почти буднично, подал голос капитан Ванг. Его голос, ровный и спокойный, казался чужеродным в этом сумбуре ощущений. — Мы можем поехать ко мне домой, и я помогу тебе избавиться от последствий приёма наркотиков.

Регина была дочерью фотографа, единственного мобильного специалиста в городишке, которого приглашали на свадьбы, юбилеи, похороны, парады, конкурсы, словом, был «Салон фотографий» один на весь город и папа Регины.
Мама ее работала обычным рядовым библиотекарем.
Завидовали матери девушки:
— Ты смотри на нее, одевается как модница, прически, ходит прям как жена министра!

Регина тоже любила наряды, вкус у них действительно отличный, никаких излишеств. Регине так и хотелось защитить маму:
— Вот вам и готовый рецепт — образцовая женщина, а вам что мешает!

Солнце ещё не село, когда Энни снова появилась на пороге. Бэкки услышала шаги на крыльце и по звуку узнала их — нервные, быстрые, сбивчивые. Так ходят те, кто привык оглядываться через плечо.

Она открыла дверь.
Энни стояла, скрестив руки на груди. Её лицо было бледнее обычного, а глаза — красные, воспалённые, то ли от слёз, то ли от бессонницы. Под ними залегли глубокие тени, которые не мог скрыть даже дневной свет.
— Ты не отвечаешь на мои сообщения. — начало было соседка.
— Много дел навалилось.
— Занята? — она усмехнулась, и эта усмешка больше походила на оскал. — Ты копалась в бабкиных вещах? Или бегала со своим дружком Райаном?

Часть первая. Возвращение

Эпизод 1

Бэлфорд встретил Бэкки запахом прелой листвы и дождя, который моросил уже третьи сутки. Городок почти не изменился за те шесть лет, что она отсутствовала: те же сонные улицы, те же викторианские фонари, та же булочная на углу с облупившейся вывеской «У Марты». Только деревья стали выше, а витрины — тусклее. Или это ей так казалось.

Она вышла из автобуса и поёжилась. Пальто, купленное в городе, здесь казалось слишком тонким, и довольно лёгким для этого промозглого, пробирающего до костей холода. Белокурая красавица подхватила чемодан и зашагала по мостовой, стараясь не смотреть по сторонам. Она не хотела видеть знакомые места. Не хотела вспоминать. Но Бэлфорд сам лез в глаза: вот здесь она разбила коленку в десять лет, вот здесь бабушка Пэг покупала ей карамель, вот здесь...

"Силы, темные ли, светлые, всегда объединяются против других. Но по одиночке темные силы чернеют и лопаются, как пузырь метана в живом болоте. Газ скапливается под илом в результате возгорания. Пока пузырь находится глубоко, он незаметен, но, поднимаясь наверх и оставаясь один на один с кислородом, он лопается, растворяется в воздухе и исчезает, потому что Сила, оторванная от корней, остается без поддержки, теряется устойчивость и разрушается. В таких структурах, основанных лишь на подавлении и насилии, хитрости и лжи, нет истинного созидания. Закон выживания таков: без подпитки извне и внутренних опор любая деструктивная система начинает пожирать сама себя".
Галина Хайруллина-Королева (заведующая садиком, стаж 40 лет, психолог)

В семье не без урода. А реально в детстве от мороза пострадал маленький Рэйд, когда он забежал погреться, встал возле печки... Забежал погреться, да чуть не сгорел. Прибежавшая матушка, которую вызвали какие-то соседи как медичку, чтобы лечить их детей, уже увидела лежавшего без памяти ее младшенького сыночка-пятилетку. Как они отдирали пальтишко и одежду со сгоревшей спинки, это мы не ведаем, слава Космосу, что нас это пронесло и, дай боже, не коснется и других.

Часть первая. Кукольных дел мастер

1.

Елене было тридцать восемь, когда она наконец решилась. Развод — слово, которое она годами прокручивала в голове, но боялась произнести вслух. Виктор, её муж, был из тех мужчин, что улыбаются на публике и сжимают кулаки за закрытыми дверями. Его небольшой бизнес — сеть автомастерских «Витязь» — приносил достаточно денег, чтобы он чувствовал себя хозяином. Всего. Всех. Её в том числе.

Годы, проведённые в этом браке, оставили на женщине невидимые шрамы. Она научилась улыбаться, когда хотелось плакать. Научилась молчать, когда хотелось встрепенуться и всё бросить. Научилась сжиматься в комок и ждать, пока гроза пройдёт стороной. Но однажды она поняла: гроза не пройдёт. Никогда. И тогда она собрала вещи, взяла дочь и ушла.