Страшилка

- Два кольца два конца, а по середине гвоздик?
- В очки студента вбили гвоздь.
- Нет, это - ножницы!
- Ножницы вбили? Обалдеть.

- Я тут кстати задумался, а кто хомячков-то ест?
- Кошки, собаки, кони...
- Кони травоядные.
- А в траве хомяки попадаюццо, выплёвывать их что ль?

- Я вчера купил себе ежика, сегодня он умер, врачи говорят - от старости.
- Конечно, был бы молодой, он бы от Камаза убежал.

Слышишь радио, дружок?
Этот жуткий голосок
Обращается к тебе.
Волос стынет по спине!

«Мальчик, мальчик! Приготовься.
Катит гробик на колёсах».
«Мальчик, мальчик! Приготовься.
Катит гробик на колёсах».

Катит на колёсах гроб.
Катит прямо к тебе в дом.
И по радио не зря
Сообщают про тебя.

Я с детства не верил в мистику и магию, даже очень рано перестал верить в Деда Мороза. Всегда верил во что-то, только если этому есть подтверждение, но однажды я нашел подтверждения мистике, и лучше бы это не случалось.
Было это, когда мне было 14 лет, я тогда не особо ладил с кем-то, мог часами бродить в одиночестве по разным заброшкам. Мы с семьей переехали в новый город, был конец октября или начало ноября, не помню точно, но помню, что был очень сильный ливень, вечерело и мне следовало бы вернуться домой. Но я не смог удержать интерес и решил посмотреть еще одну заброшку. Это была заброшенная психбольница, и в такую погоду пойти туда мне казалось только интереснее и веселее. Я всегда любил смотреть на разрушенные строения, всегда в голову приходило как это место выглядело раньше, что было вокруг него и почему оно сейчас такое. В стенах заброшек я находил целые истории.

Предисловие.
Закончив цикл мистических историй про деревню Заречье, я создал новый цикл страшных и загадочных историй про детектива Марка Варди в городе Грейс-Крик, который расследует убийства загадочного маньяка с именем "Художник". В прошлой заключительной части Марк Варди был сильно ранен "Художником", но сумел чудом выжить, а сам маньяк так и не был пойман и остаётся на свободе, убивая новых жителей этого казалось бы спокойного городка... Удастся ли Марку в этот раз поймать Художника или маньяк опять останется на свободе? Пора узнать во 2 главе этой мистической и по-настоящему страшной истории...

Часть 1: Цена каждого вдоха

Больничный покой встречал Марка Варди не тишиной, а ритмичным, оглушающим писком монитора. Каждое дыхание отзывалось в груди раздирающей вспышкой — там, где лезвие Художника прошло в миллиметрах от сердца. Марк выжил, но цена этого выживания оказалась страшнее смерти. Психопат не просто оставил его в живых — он сделал его живым проклятием для всего Грейс-Крик.

Позвольте мне рассказать вам одну историю. Историю, которая до сих пор не даёт мне покоя. Прошло уже больше года... но каждый раз, когда я вспоминаю те события — по коже пробегает холод. Я до сих пор не нахожу этому никакого рационального объяснения. И если говорить начистоту — всё чаще ловлю себя на мысли: а вдруг я просто сошел с ума? Может, действительно пора всерьёз задуматься о своём рассудке.
Меня зовут Николай. Я обычный человек. Работал ночным охранником на промышленном комплексе — трёхэтажное здание с пустыми складами, гулкими цехами и коридорами, в которых даже днём отдавало чем-то кладбищенским. Смена начиналась в девять вечера и длилась до самого утра. Каждый час — обход, проверить двери, просмотреть камеры, убедиться, что всё спокойно. Работа — казалось бы, простая, рутинная. Платили достойно. А главное — тишина, ни душ, ни шума, только ты и тусклый свет дежурных ламп.

Подружка прикупила себе квартиру в старой высотке, чуть ли не на последнем этаже. Из всех примечательных мест рядом с домом - кладбище через дорогу. Был у неё друг любимый, но как-то так случилось, что в ту ночь она осталась одна.
Отправилась на боковую, только засыпать начала, как вдруг слышит - шаги по коридору, свет включается в туалете, дверь открывается, дверь закрывается, слив в унитазе, снова дверь, шаги и тишина.
Подружка размеров нехилых, два на два метра, бесстрашная бой-баба, выключает свет в туалете, ложится спать обратно. Но нервы начинают слегка пошаливать.
За окном зима, балконная дверь закрыта на шпингалет. Вдруг она резко открывается, слышны шаги по полу. Останавливаются напротив её кровати. Что-то заползает на неё и начинает душить.

​Купили знакомые себе квартиру из старого жилфонда, стали ремонтировать. Вытащили кухонный гарнитур, а за ним чудеса мистические: на стене нарисованы пентаграммы, слова какие-то и символы страшные непонятные.

Слегка так перепугались.
Решили связаться с прошлыми хозяевами.
Выяснили, что до них эту квартиру сдавали парню, который безуспешно пытался выселить из неё...

На нашем нефтехимзаводе один паренёк работал. Активный, энергичный, как перестройку-перестрелку в девяностые устроили, уволился с завода и открыл своё собственное дело. Если помнит кто - время то неспокойное было, наехали на него бандюки. Пытался он с ними краями разойтись, да не вышло. Слишком наглые бандюки были, крышу не предлагали, хотели бизнес полностью отжать.

После очередного наезда он троих с обреза завалил. Закинул в машину и увёз на старое место работы. Прекрасно помнил как и куда заехать и так далее. Закинул трупы в бочки с какими-то отходами. И вроде как всё постепенно забылось.

Но с психикой ему не повезло - не выдержала.

— Послушай, Гедеон... — тихо прошептала девушка, устремив взгляд на парня, стоящего чуть правее неё. Её голос был полон сомнений и тревоги, словно она пыталась уловить тень прошлого, витающую между ними.
— Эй, Гайда, успокойся! Всё будет в порядке, — уверенно произнёс Гедеон, пытаясь развеять её опасения. Его глаза излучали уверенность, как будто они были способны проникнуть сквозь завесу времени и увидеть будущее. — Он по-прежнему связан с нами, помнишь? Мы можем оказаться рядом с ним в любой момент, даже если он об этом и не подозревает.

Гайда слегка опустила голову, прикрывая свои сомнения густыми ресницами. В душе её царил хаос, ведь после всех тех испытаний, которые выпали на долю молодого человека, казалось невозможным представить, что он вернётся к своей привычной жизни без шрамов на сердце.
— Возможно... но знаешь, мне трудно поверить, что он сможет снова стать таким, каким был раньше, — ответила она, осторожно подбирая слова, чтобы не нарушить хрупкий баланс между надеждой и реальностью.

Массуа обратился к белокрылому ангелу по имени Кира:
— Кира, — начал он, стараясь говорить спокойно, хотя его голос выдавал лёгкое беспокойство. — Ради всего святого, ты ведь прекрасно осознаёшь, что наши правила категорически запрещают нам спускаться на землю.

Кира, слегка взмахнув своими крыльями, взглянула на него с лёгкой улыбкой:
— Массуа, я вовсе не глупа, — ответила она уверенно. — Я полностью осведомлена о правилах. Но дело в том, что меня очень интересует мир людей. Как они живут, чем занимаются, какие у них традиции и обычаи, как они воспринимают свою жизнь...

Массуа задумался над её словами. Он понимал её любопытство, потому что сам когда-то испытывал нечто подобное.
— Знаешь, я тебя понимаю, — мягко сказал он, пытаясь найти компромисс. — Когда-то и для меня этот мир был полон загадок. Но со временем всё становится привычным, и даже самое интересное теряет свою новизну.